Понятие «информационная война» используется сегодня все чаще как в медийных, так и в академических дискурсах. Под информационной войной понимают конфликт, в котором информация становится одним из основных видов оружия (напр., Pantti 2016, Hoskins and O’Loughlin 2010), а т.н. информационный менеджмент – техники распространения дезинформации и попытки влияния на медиа – является одним из основных измерений конфликта (Tumber & Webster 2006). Украинский кризис – события, происходящие в стране с 2013 года: протесты в Киеве («Евромайдан»), смена правительства, присоединение Крыма к Российской Федерации, продолжающееся военное противостояние на востоке страны, - сегодня все чаще становится объектом международных исследований, рассматривающих происходящее как один из ярких примеров «войны нарративов» (Khaldarova and Pantti 2016). Трудности с верификацией информации, пристрастность информационных источников, вовлеченность в конфликт сторонних интересов поставили журналистов, освещающих события на Украине (как украинских, так и представителей других стран), перед вызовом (Pantti 2016).

Проблема, которую отмечают при этом некоторые исследователи, - фиксация международного академического сообщества на российских медиа как источнике информационного менеджмента или даже пропаганды (см. Pantti 2016). Лишь немногие исследования предлагают анализ информационного менеджмента внутри Украины (Bolin, Jordan & Ståhlberg 2016). Между тем, даже предварительный взгляд на это медиа-пространство выявляет его неоднородность. Украинское медиа-сообщество оказалось расколото: приверженцы глобальных и «вечных» журналистских идеалов не находят понимания у сторонников «патриотической журналистики». Первые обвиняют вторых в само-цензуре и следовании интересам институтов власти, а вторые первых – в сотрудничестве с «вражескими агентами».

Данный исследовательский проект на различных примерах (запрет на определенные российские медиа-продукты; радикальная инициатива по поиску «пособников террористов» среди журналистов – «Миротворец» и др.) рассматривает проблему, с которой столкнулось украинское медиа-сообщество, как частный случай общей тенденции. Эта тенденция может быть обозначена как идеологизация СМИ, что с одной стороны, является результатом, а с другой стороны, благодатной почвой для информационной войны. Этой тенденции противостоят различные инициативы, направленные на сохранение приверженности журналистского сообщества профессиональным принципам и стандартам: например, проект ОБСЕ «Две страны – одна профессия», где Союз журналистов России и Национальный союз журналистов Украины обсуждают противодействие языку вражды, или критикуемое внутри страны сотрудничество между украинскими и зарубежными корреспондентами при освещении событий в зоне АТО на востоке Украины.